На берегах речки Обла

Погода начала февраля 2019 года изобилует сюрпризами. То валит снег, то идет дождь. На улице небольшой минус меняется на плюс. Снега много. Он оседает и тает. Что будет с лыжами в такую неопределенную погоду, неизвестно.

В начале похода.

В начале похода.

Первые километры от Луги идутся легко. Перед нами по лесной дороге несколько раз туда-сюда проехала Шишига и раскатала приличную колею. По ней идется весело и беззаботно. Вокруг стоит заснеженный лес. Плюсовая температура делает снег тяжелым, и он с шумом срывается с ветвей и уханьем падает на землю. Приходится поглядывать на нависающие ветви, чтоб не оказаться под такой лавиной в миниатюре.

Дальше колея сужается. В нее с трудом помещаются две лыжи. Помучавшись немного, почти все по очереди начинают их снимать и идти пешком.

Переправляемся кто как.

Переправляемся кто как.

Не доходя до речки Облы первая переправа. Безымянный ручей, берущий начало из родников, не замерз. Его, разбавленная болотной, темноватая вода перекатывается через дорогу. Переправляемся кто как. Кто в бахилах, кто на лыжах. Пока переправлялись, мимо проехала Шишига, обдав всех синеватым облаком выхлопа. Не торопясь, она спустилась в ручей, натужно рыкнула, и без проблем выехала на другой берег.

Привал назначен немного не доходя до Облы. Там на развилке дорог стоит небольшая беседка — навес с двумя лавками. Когда подошли ближе, увидели, что время и непогода подточило ее, и она завалилась на бок, не выдержав тяжести нынешнего снега.

Пешеходный мостик через р. Обла.

Пешеходный мостик через р. Обла.

Перед самой Облой, у санатория Жемчужина, приходится свернуть с накатанной колеи и по пояс в снегу, мимо заброшенного сарая, пробираться к пешеходному мостику через речку. Мостик в два бревна. Шаткие перильца. Снег свисает по его краям. Под ногами он отваливается и уменьшает видимую ширину мостика раза в два.

По тропе, мимо сгоревших бань, выходим опять на колею и идем вперед. Через полкилометра слева выходит наезженная дорога, которая ведет от Луги, через санаторий, к садоводствам. Идем по ней. Несколько раз нам попадаются навстречу машины, заставляя прижиматься к придорожным сугробам.

Перед садоводствами дорогу пересекает вновь построенная ЛЭП. В 2017 году здесь сновали строители. Валили лес, ставили опоры и тянули провода. Мы, в тот год, поздней осенью, как раз попали сюда в разгар стройки.

Наконец дорога круто поворачивает налево, в садоводство, а наш путь лежит прямо. Сразу за придорожным сугробом начинается белоснежная целина нетронутого снега. Однако эта безмятежность обманчива. Под толстым слоем снега лежит совершенно разбитая лесовозка. И десять лет назад проехать по ней было довольно проблематично. Даже велосипеды иной раз приходилось вести. Последующие годы все больше и больше убивали ее. Последними стали строители ЛЭП, которые стали гонять по ней тяжелую гусеничную технику.

Незамерзшие колеи.

Незамерзшие колеи.

Пошли тропить лыжню между двух глубоких колей, угадываемых по проседанию снега. В колеях вода. Не смотря на прошлые морозы толстый покров снега служит шубой, и вода не замерзает. Если сильно надавить на лыжную палку, то она пробьет его слой и уйдет куда-то вниз. Обратно вытащить ее будет проблематично. После немалых усилий громкое чавканье возвестит, что она, наконец, свободна.

Идти по лесовозке получилось недолго. Согнутые в дугу тяжестью снега придорожные деревья перекрыли дорогу. Пришлось сворачивать в поля урочища Ведрово и прокладывать лыжню среди невысоких холмов и островов ольхи. В одном месте проходим мимо нескольких больших осин. Под ними когда-то проходила полузаросшая полевая дорога — бывшая центральная улица деревни Ведрово. Проходя через поле, под осинами было хорошо устраивать привал.

Спуск с очередного холма и мы вернулись на лесовозную дорогу. Дальше, примерно с километр, она становится ровнее и суше. Придорожные заросли ивы и ольхи сменяет сосновый лес. Где то там, под снегом, вместо чавкающей глины лежит красный песок. Здесь же слева к лесовозке примыкает старинный Гдовский тракт. Хотя, если быть точным, то это лесовозка вышла на него. Среди местных жителей ходит легенда, что эту дорогу в тридцатые годы строил сам маршал Тухачевский, для каких-то там военных нужд. Однако тракт этот существовал и раньше. В тридцатые годы его видимо стали реконструировать. Если взглянуть на довоенные карты, то Гдовский тракт отмечен как строящееся шоссе, которое идет от Луги куда-то на псковщину и неожиданно обрывается среди лесов. Так, что местная легенда вполне может иметь реальные корни.

Согнутые снегом деревья.

Согнутые снегом деревья.

Дальше уже тропим лыжню по тракту. С началом урочища Корпово дорога опять портится. Колея справа, колея слева. Кусты дугой перекрывают дорогу. Кое-где в колеях просел снег и видна черная вода. Чем ближе к озеру Корнуша, тем больше на дороге становится звериных следов. Вот лиса пробежала почти не проваливаясь в снег, а вот лось шел оставляя в снегу овальные дырки, с отпечатком копыта внизу. Толщина снега такая, что даже лось, переставляя ноги, цеплял копытом снег. Между овальными дырками, соединяя их идут продольные борозды.

Справа вплотную к дороге подходит овраг. Он порос редколесьем, это старая зарастающая вырубка. Сразу за ним от бывшего Гдовского тракта вправо отходит лесная дорога. Нам на нее. Осталось метров пятьсот, и мы выйдем к спуску в долину речки Обла. Лосиных следов становится все больше. К большим прибавились маленькие, это видимо лосиха с лосенком. Следы совсем свежие, их даже не припорошил снег.

Все, своротка уперлась в крутой залесенный склон. Сквозь макушки деревьев растущих внизу, вдалеке видна стена леса растущего на противоположном склоне. Нам нужно спуститься, переправиться через две речки, и подняться опять наверх.

Склоны речки Обла.

Склоны речки Обла.

На склоне снега чуть меньше, но он настолько крутой, что зачастую нога скользит вниз вместе со снегом. Высота склона метров тридцать, он разбит террасой на две неравные части.

Внизу опять лосиные следы. Они огибают деревья, перешагивают через согнутые снегом кусты и скачут на склоне.

Спускаемся с террасы в долину. Речка Обла блестит темной водой. Льда нет совсем. По берегам там и тут, среди белых сугробов чернеют незамерзшие речные рукава, протоки и русла родников, что в изобилии сочатся из-под склонов. Под снегом — торфяная жижа. Где тверже, где более жидкая. Она не замерзает даже в лютые морозы. Если снять лыжи, то неожиданно можно провалиться почти по пояс. А если случится встать на снежный мостик, прикрывающий невидимую протоку, то вполне можно по пояс провалиться и на лыжах.

С переправой через Облу мы промахнулись. Спустились в долину чуть дальше, чем нужно. Обратно низом не пройти, через сотню метров к речке примыкает незамерзший рукав или старица. Приходится делать свою переправу.

Девчонки строят переправу.

Девчонки строят переправу.

Пока валили дерево, пока перебирались на левый берег Облы, стало смеркаться. На берег речки Огнивки идем не обычным путем, через мыс, по следам старой дороги, а прямо по долине, у подножия склона. Не снимая лыж, перебираемся через какой-то родник и через несколько десятков метров выходим на берег Огнивки. Здесь с переправой проще. Лежит бревно, да и сама речка раза в три уже, чем Обла.

После благополучной переправы надеваем лыжи, чтоб пройти буквально десяток метров. Дальше поднимается тридцатиметровый склон. Слева угадываются следы старинной дороги, которая траверсом поднималась наверх, из долины. Еще лет пятнадцать назад по ней можно было спокойно подниматься. А потом ураган 2010 года завалил дорогу деревьями. Ходить по ней перестали, и она стала зарастать. Сейчас проще подняться прямо по склону, чем продираться через кусты и поваленные деревья на старой дороге.

Пока поднимались, стемнело совсем. Пришлось доставать фонари. Зима, снег, ночь. Лучи света выхватывают из темноты лишь небольшой кусочек леса. Где Обла, где Огнивка указывает лишь внутренний компас. Обернись вокруг себя несколько раз, и путь придется искать наугад.

Мы прошли сотню метров от подъема прямо по азимуту, через лес. Где-то здесь должна быть поляна с очередной поваленной беседкой, а на дереве охотничья засидка с приставленной длинной, корявой лестницей.

Оглядываемся. Поляна определяется по отсутствию деревьев и угадывающимся под снегом автомобильным колеям. Слева под толстой шапкой снега, что-то чернеет. Видимо это и есть бывшая беседка. Теперь главное выйти с поляны по старой дороге в нужном направлении. Дело в том, что если ошибиться в темноте, то можно пойти не вдоль Облы, а вдоль Огнивки. При дневном свете все очевидно, а в темноте на помощь вдруг приходит Луна. Она узким серпом пробилась сквозь облака, и светит нам откуда то из за Облы. Если идти, держа ее слева, то можно быть уверенным, что идешь в нужном направлении.

Луна луной, но поначалу возникают сомнения в правильности выбора пути. Дело в том, что дорога на левом берегу из года в год все более зарастает. Когда то тут были вырубки. Теперь они стали зарастать чернолесьем и стискивать с двух сторон дорогу. Опять поперек нашего пути встали согнутые дугой придорожные кусты. Чтоб идти дальше приходится или обходить их, или поднимать. Дорога выглядит совсем нехоженой.

Короткий участок посаженного елового леса, где деревья стоят стройными рядами. Видимо часть вырубки когда-то успели засадить. И опять слева и справа кусты. Проходим еще с полкилометра. Вырубка кончается.

Слева вплотную к дороге подходит склон долины Облы. Справа смешанный лес. Осталось совсем немного. Скоро дорога круто уйдет направо, а слева будет поляна, на которой когда-то стояла рубленная из бревен четырехугольная беседка. Развалилась она уже давно. Сейчас на ее месте только пара бревен да кострище.

Все спят.

Все спят.

Все, мы пришли. Навигатор отмерил от вокзала в Луге до поляны над пещерой около 20 километров. Снимаем лыжи и вереницей спускаемся по склону к входу в пещеру. Внутри тепло и уютно. В двух соседних тупичках раскидываем лагерь. Закипает вода в котелках. Еще немного и в лагере воцаряется тишина. Все спят…

Про сами пещеры рассказывать особенно то и нечего. Они упоминаются и описаны не только в специализированной или краеведческой литературе, но и в художественной и даже научной. Пещеры рукотворные. Выкопаны для добычи белого, кварцевого песка — сырья для производства стекла. Сколько им лет, неизвестно. Если предположить, что песок оттуда шел только на ближайший стекольный завод «Темные ворота», то в 2019 году им исполнилось как минимум 149 лет. Завод был основан в 1870 году, и сырье для него, несомненно, стали добывать в то же время. Проработал завод до революции, т.е. примерно пятьдесят лет. Для такого срока объемы единственной известной Корповской пещеры слишком малы. Где то в берегах Облы или Огнивки скрываются еще пещеры. Оползни закрыли их входы, а лес скрыл их следы. Мы несколько лет подряд устраивали поисковые экспедиции. Прошли оба берега Облы от истока и до Обловского озера, прошли берега Огнивки. Нашли несколько естественных суффузионных гротов и пещерок, но главные корповские выработки остались не найденными. В таких случаях зачастую помогает опрос местных жителей. Кто-то из них, что-то видел, помнит, слышал. Наврут они, конечно, полные рюкзаки, но при должном подходе можно выделить ценную информацию. С Корповскими пещерами этот подход не работает. Окрестные деревни были сожжены во время Великой Отечественной Войны (другая версия – расселены уже после войны при расширении лужского артиллерийского полигона). Ближайший населенный пункт — это современное садоводство, жителей которого зачастую не интересует, что находится у них за калиткой. Однако фантазии на тему многокилометровых, многоярусных пещер нет-нет, да и будоражат умы. И тогда появляются публикации на тему, что вот только вчера откопали, нашли, подлезли, поднырнули, а там… Как правило, после таких высказываний автор исчезает, и перестает отвечать.

В Корповской пещере.

В Корповской пещере.

На следующий день встаем в восемь утра и сразу начинаем готовить завтрак и сворачивать лагерь. Мы надеемся, что по проложенной лыжне возвращаться нам будет проще. Но кто его знает? Приходится поторапливаться.

Обратно идем немного быстрее. Лыжня на дороге, следы на склоне. На поляне перед спуском видим охотничью засидку, которую пропустили в темноте. Спускаемся вниз. Одна переправа, другая. Постоянно приходится снимать и одевать лыжи. Поднимаемся наверх. Привал. Дальше должно быть еще легче. Однако шли мы бодро только до начала урочища Корпово. Еще когда проходили мимо озера Корнуша, то слышали на его другом берегу автомобильные гудки. Лесорубы — подумали мы, и не угадали.

Начиная от того места, где на старый Гдовский тракт выходит дорога, ведущая на другой берег озера, вся дорога, а вместе с ней и наша лыжня, оказалась перемолота колесами. Снег смешали с глиной, нарыли новых колей. Кое-как перебравшись через этот хаос, мы увидели, что дорога вперед разъезжена вместе с лыжней. Почти все сняли лыжи, и пошли по колее пешком.

 У развилки краткий совет. Наезженная колея по старому Гдовскому тракту уходит в сторону садоводства. Наша лыжня идет через холмы урочища Ведрово. Как проще идти? Решаем — по Гдовскому тракту. И здесь мы немного не угадали. Было предположение, что мы выйдем напрямую к садоводству, однако колея забрала вправо, на юго-восток, мы вышли к озеру Наумцево. Не доходя до него, круто повернула налево, на север-восток. Прошли еще с километр. На подходе к озеру Светлому ельники сменил сосняк. На берегу озера показались строения — дачи и коттеджи. Между озерами Светлое и Темное возвышались руины одного из корпусов санатория Жемчужина. Это место и распложенное рядом садоводство называется «Старая Жемчужина».

Здесь, у Темного озера, можно и закончить рассказ. Дальше расчищенная и наезженная лесная дорога вывела нас к действующему санаторию, бывшей усадьбе архитектора Кудрявцева. А там уже грейдер, Луга, вокзал, и возвращение домой.

У Корповской пещеры.

У Корповской пещеры.

Запись опубликована в рубрике Отчет о походе с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий